«У нас будет визуальный и музыкальный театр»

«У нас будет визуальный и музыкальный театр»

3 марта 2020 10:18

Недавно режиссер Виестурс Мейкшанс и сценограф Моника Пормале обьявили о создании новой театральной ассоциации Freshfreshfr.

Основные цели ассоциации, заявленные авторами в латвийской прессе, — работа в области визуального театра, сосредоточенность на определенной эстетике, обращение к музыкальному и визуальному театру. Вместе с ними будет работать драматург Эвартс Мелналкснис, у которого большой опыт сотрудничества в Германии. Вообще, направленность на международную деятельность, взгляд в Европу — тоже одно из целевых направлений деятельности ассоциации.

Сейчас Мейкшанс и Пормале работают в Лиепайском театре, премьера спектакля «Демон» по поэме Лермонтова назначена на 28 марта. Именно создавая этот спектакль, режиссер и сценограф решили продолжить сотрудничество уже в новом формате.

Евгения Шерменева встретилась с Виестурсом Мекшансом и поговорила про планы ассоциации.

Меня очень интересует, как вы сами понимаете контекст, в котором начинаете свою работу? В последнее время в Латвии новости о возникновении тех или иных творческих инициатив множатся, не успеваешь оценить. В чем причина такого всплеска художественного движения?

Есть какая-то комбинация, это не одна причина, которая вызвала такого рода волну. Я думаю, что в первую очередь это случилось, потому что молодое поколение уже достигло какого-то уровня, все награды, какие возможно, получило — нужно что-то менять. Это внутренняя художественная необходимость, мы уже понимаем, что происходит в больших театрах, достигли каких-то целей, попробовали себя в разных работах, и нужно двигаться дальше. Если десять лет назад начался такой ренессанс латвийской молодой режиссуры, когда появились Элмарс Сеньковс, Владислав Наставшевс, Валтерс Силис, то сейчас важный этап пройден, пришло время новых движений. Это одна сторона вопроса.

С другой стороны, все, что вообще происходит в латышском театре — в первую очередь, изменения в Дайлес театре, приход туда Виестура Кайриша с его амбициями. Кайриш почувствовал, что есть новая возможность с работой в этом пространстве.

Третья причина — это то, что в Латвии сейчас много свободных актеров, которые не значатся в штате какого-либо театра, хорошие, очень талантливые актеры. То, что Алвис Херманис несколько лет назад удалил пятерых актеров среднего поколения из своей труппы, освобождая место для молодых, — это тоже был толчок к развитию. Сейчас это Villa teatris, который они делают. И опыт независимого театра — Gertrudes ielas teatris и Dirty Deal Teatro. А вместе с ним осознание необходимости найти новую структуру для работы в независимых проектах с точки зрения менеджмента.

Главное, как мне кажется, в этой волне появления множества новых театральных компаний — это не столько финансовый вопрос, сколько вопрос того, чтобы общество услышало голос нового поколения. Серьезные художники в Латвии начинают работать в независимых структурах. Этот факт должен очень мощно прозвучать. Чтобы власти и общество заметили тех, кто умеет и хочет работать иначе. До сих пор все инициативы воспринимаются так: молодые хотят что-то делать, пусть там делают. И конечно, когда два года назад Гран-при национальной театральной премии Spelmanu Nakts присудили спектаклю, созданному на независимой площадке группой молодых людей — Dveselu Utenis, это был первый шаг к публичному признанию, и сейчас, когда одна за другой возникают новые театральные компании, мы решили тоже объявить о своей идее, чтобы поддержать это движение.

Ну вот давайте переходить к Freshfreshfr. Вы — режиссер Виестурс Мейкшанс и сценограф Моника Пормале — объявили о создании ассоциации. Как это будет работать?

Это скорее объединение. Мы называем себя открытым пространством, где можем сотрудничать с другими сценографами  и артистами, наше главное направление — эстетическое. Это и есть Freshfreshfr.

То есть ваша рамка — это определенная эстетика, которую вы планируете «проповедовать» в театре.

Да.

То есть, это не «бедный» театр?

Очень небедный.

Это вложения в визуальные решения, это серьезное отношение к техническому обеспечению, а с точки зрения базовых текстов — на чем вы предполагаете основываться?

Для нас текст менее важен. В нашей ситуации это не будет доминирующее условие, мы можем базироваться на музыкальном материале, ведь партитура это тоже текст. И многое в наших проектах может быть написано композиторам после предложения темы.

То есть, вы хотите много работать с современными композиторами?

Конечно! Обязательно. У нас будет визуальный и музыкальный театр.

Если можно, проведу аналогию с Россией — это то, что делает Борис Юхананов в Электротеатре — где есть большая часть работы с современной академической музыкой. И то, что было на «Платформе» у Кирилла Серебренникова. Современная музыка как способ высказывания в современном театре?

Да, конечно. И потому текст у нас становится второстепенным. Так что мы можем работать, получая импульс от музыки. Визуальность и музыкальность — это равностепенные составляющие.

Вы планируете делать свои проекты в партнерстве с разными театрами?

Как вариант, но необязательно. Мы не планируем работать на одной площадке, нам уже звонят из разных мест. Это не театры, это, например, «Палладиум», где идут концерты, и им понравилась идея внедрения такого music-based театра у себя. Потом площадка Hansas perons, у которых есть понимание, что должно быть современное искусство, сценические проекты. И есть еще одна новая площадка в Jauna Teika, называется Фантодром, там 500 мест, это такой whitebox, где есть вся техника. И конечно, мы будем работать в проектном смысле, то есть делаем премьеру и будем играть спектакль в течение 10 дней или одну неделю, каждый вечер.

Вы уверены, что есть аудитория на такой подход?

Да, вопрос в том, как это продавать, это нужно научиться делать. У нас нет другого варианта, посмотрим, как это будет работать, нам самим интересно внедрить такое изменение.

Наверное, если вы не базируетесь на языковых текстах, а основа – музыка и визуальность, то есть смысл переиграть вообще принцип организации показов и рассчитывать на весенне-осенний сезон, когда в Риге еще и много туристов?

Конечно, это конвертируется сразу. Летом, когда здесь туристический сезон, — это неиспользованные возможности театра. Мне кажется, это миф, что театры должны закрываться на лето. Есть много туристов, которые хотят получить доступ к культурным событиям, к театру. Но это только одна возможность. Есть, конечно, еще возможность создания постановок в государственных театрах: мы сейчас ставим «Демона» в Лиепае, это не Freshfreshfr продакшн, это 100-процентный продукт Лиепайского театра, но эстетически это наш шаг в том самом направлении. Если какие-то театры будут готовы и будут предлагать создавать копродукцию в той эстетике, которая нам важна, и мы можем делать что-то на большой сцене государственного театра, то почему нет? 

А Моника Пормале выступает в вашей компании как художественный идеолог, как куратор, который подтягивает еще других художников? Или больше сама будет создавать проекты?

Изначально, я думаю, мы больше будем работать как трио: я, Моника и Эвартс Мелналкснис, как музыкальный драматург, он очень важный персонаж в нашей команде, потому что у него есть связи в Европе, он много работал в Берлине, и не только, он первый дипломированный музыкальный драматург. У нас в Латвии другого такого нет. Сейчас нам важно поработать в этих отношениях, когда мы втроем.  Мы сейчас по сотрудничеству в «Демоне» видим, что потенциал есть и есть куда развиваться. И главное, что все хотят.

Вы тоже в некоторой степени ориентируетесь на то, что происходит в фестивальной Европе?

Мы, конечно, думаем об этом, потому что Моника Пормале — это европейский уровень, ее в Европе знают, мы предполагаем, что можно будет копродюсироваться с фестивалями тоже. Наша конечная цель — это не только Латвия. Мы просто компания, базирующаяся в Латвии, но с европейским видением.


Комментарии

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.