Эпидемия COVID: почему растет смертность от других причин?

Эпидемия COVID: почему растет смертность от других причин?

1 июля 2020 09:21

Литва вышла из стадии активного распространения коронавируса внутри страны. Сегодня в республике сняты фактически все ограничения — открыты отели, кафе и рестораны, крупные торговые центры и развлекательные площадки, в городах проходят массовые мероприятия и концерты. Но есть и другая сторона медали. За успехами в борьбе с глобальной эпидемией COVID-19 скрывается ухудшение общественного здоровья, а именно — рост смертности от других заболеваний.

Обратная сторона карантина

Карантин в Литве был введен 16 марта: он продлился несколько месяцев и был официально отменен указом правительства, который вступил в силу 17 июня. За это время коронавирус унес жизнь 78 человек, заразилось около 1 800 граждан.

Впервые Литва столкнулась с карантинными ограничениями, которые ударили не только по экономике, но и по общественному здоровью. Боязнь заразиться и желание помешать распространению неизвестной болезни побудили правительство закрыть не только магазины, рестораны и условные кинотеатры, но и больницы, госпитали, хосписы и прочие лечебницы. На двери поликлиник повесили замки, консультации перевели в телефонный режим, а рецепты отправляли на электронную почту и в мессенджеры. Плановые операции были отменены, проходившие реабилитацию в санаториях — выписаны, медучреждения оказывали помощь лишь срочным пациентам.

Все это привело к побочным эффектам. Правительство и комиссия по чрезвычайным ситуациям пожертвовали привычным доступом к базовым медуслугам в обмен на сдерживание коронавируса. Система здравоохранения выстроила линию обороны, бросив все силы на борьбу с COVID-19, однако другие болезни при этом не испарились, а люди меньше болеть не стали. На днях департамент статистики при минфине обнародовал данные по летальным исходам в период за март-май. Исходя из цифр, можно сделать неутешительные выводы — за три месяца увеличилось число смертей по сравнению с предыдущими годами. Об этом сообщили депутаты Сейма Ингрида Шимоните, Виктория Чмилите-Нильсен, Пауле Кузмицкене, Антанас Матулас, Юлюс Сабатаускас и Аушрине Армонайте.

За семью печатями

Политики констатируют: смертность увеличилась, но что стоит за этими неприятными цифрами — неизвестно. Вот уже больше трех месяцев подотчетный Минздраву Институт гигиены не может сказать, что послужило основанием для роста смертей в стране. Какие болезни повлияли на негативную статистику, возросло ли количество самоубийств, убийств или несчастных случаев — на эти вопросы пока нет ответов. Последние данные датируются январем 2020 года, хотя раньше подобных задержек не случалось.

В самом Институте гигиены утверждают, что детальных данных у них просто нет. Информация стекается к аналитикам из Центра регистров, но это учреждение пока не предоставило цифры, поэтому работать сотрудникам медведомства не с чем — они ждут. В разговоре с местной прессой руководитель отдела по наблюдению за смертельными исходами и их причинами Сандра Мекшрюнайте подчеркнула — до сих пор все документы поступали вовремя, задержка могла длиться максимум неделю, а сейчас речь идет о месяцах ожидания.

Между тем глава государственного Центра регистров Саулюс Урбанавичюс винит во всем технику. Дело в том, что данные о смертности поступают в ведомство в цифровом формате через специальную систему медуслуг и сотрудничества ESPBI IS. Позже электронные свидетельства о смерти направляются в Институт гигиены. В последнее время объем материалов внутри системы стал настолько велик, что серверы не могут их обработать, документов становится все больше, а найти их в общем котле крайне нелегко — платформа не позволяет изымать их выборочно. Директор утверждает, что речь не идет о сокрытии информации: проблема сугубо техническая, госпредприятие обратится к программистам, но когда им удастся исправить неполадки, пока неясно.

Резолюцией по чиновничьей апатии

Между тем часть видных политиков страны уже все для себя решили. Так, группа депутатов, среди которой два лидера партий либерального толка и предводитель избирательного списка оппозиционных консерваторов, обратились к министру здравоохранения Аурелиюсу Вериге, требуя разобраться в ситуации. Члены Сейма подготовили проект резолюции, в которой говорится о том, что конституционные права граждан во время карантина могли быть нарушены: людей перестали лечить от других болезней.

«Обращаем внимание на сложившуюся исключительно опасную ситуацию в области лечения онкологических заболеваний, когда даже половина болеющих онкологическими заболеваниями пациентов, которым необходима консультация, их не получают. Обращаем внимание на то, что есть множество больных, страдающих другими хроническими заболеваниями, связанными с сердцем, кровеносными сосудами, эндокринной системой и нервной системой, болезнями, состояние которых значительно ухудшилось и продолжает ухудшаться <…> Предлагается как можно скорее принять меры, которые позволили бы стабилизировать ситуацию и помочь преодолеть вызовы», — сказано в резолюции.

Депутаты указывают на то, что в период за март-май смертность значительно выросла по сравнению с аналогичным периодом годом ранее.

«Беспокойство вызывает не только рост смертности, но и незнание причин смертей. Необходимо выяснить и понять, не может ли увеличение смертности быть связано со сложившейся чрезвычайной ситуацией в Литве и принятыми решениями об ограничениях по оказанию медуслуг», — говорит один из авторов документа Пауле Кузмицкене.

В свою очередь, член Сейма Юлюс Сабатаускас заявил, что пандемия коронавируса несправедливо затмила иные заболевания, спровоцировав новый кризис.

«Пациенты записываются ждать в очереди еще несколько месяцев, чтобы попасть к врачам. Сами медики говорят, что такие проволочки могут стать определяющими факторами для здоровья и даже жизни людей. Консультации по телефону сравнивают с лотереей — врач отгадает болезнь или нет. Такая продолжающаяся по сей день ситуация, когда жители не могут получить услуг по лечению, я называю новым кризисом системы здравоохранения. Ведь люди болеют и умирают не только из-за коронавируса. Напротив, 99 процентов пациентов страдают другими заболеваниями», — приводит слова депутата Социал-демократическая партия Литвы.

С авторами резолюции солидарен депутат Европарламента Виктор Успасских. По его словам, исходя из данных Департамента статистики, вплоть до конца февраля смертность падала, но позже все изменилось. В марте 2020 года в Литве скончался 3 571 человек — на 394 человека больше, чем годом ранее. В апреле умерли 3 612 — на 330 больше, чем за аналогичный месяц в 2019 году.

«Умер член семьи одного моего знакомого из Клайпеды. Его привезли в больницу с микроинсультом. Ему не предоставляли соответствующую медпомощь до тех пор, пока он не был проверен на наличие Covid-19, а это заняло больше шести часов, когда медицинская помощь была нужна особенно и быстро. Тест был отрицательным, но оказывать помощь было уже слишком поздно», — говорит евродепутат.

Ему вторит журналистка Гинтаре Бакунайте. «У меня из головы никак не выходит женщина, которая в Каунасе пыталась «прогулять» инфаркт, поскольку считала, что у врачей есть проблемы и дела посерьезнее, чем ее здоровье. Мне страшно подумать, сколько еще могло быть таких случаев и сколько свечей горят над новыми насыпными могилами фактически парализованной системы здравоохранения», — пишет она в авторской колонке.

Позиция власти

В то же время министр здравоохранения Аурелиюс Верига призвал отказаться от панических настроений. По его словам, ситуация находится под контролем, явных ухудшений нет. «За такой короткий срок очень сложно сделать выводы о росте, поскольку есть естественные колебания, которые мы также не можем объяснить», — сказал министр на пресс-конференции, отвечая на вопросы журналистов.

Позже Департамент статистики выступил с отдельным заявлением, обвинив политиков и журналистов в неумении читать цифры. Ведомство даже обвинило во лжи авторитетного журналиста Тадаса Игнатавичюса, выпустившего статью под заголовком «в Литве невиданный скачок смертей». В открытом заявлении госструктуры говорится о том, что новость — фейк.

В правительственном учреждении подчеркивают, что в период с марта по май включительно в Литве скончались 9 940 человек — на 255 больше, чем за тот же период годом ранее. В первый месяц карантина количество смертей действительно возросло, однако в Департаменте полагают, что это обычное явление. По данным ведомства, за март-май смертность возросла на 4,2% — а не на 10%, как указывают депутаты.

Тем не менее, член парламентского комитета по здравоохранению Антанас Матулас считает иначе. В разговоре с «Новой газетой — Балтия» он отметил, что процент может быть иным, но цифры не меняются. Депутаты не собираются отказываться от своих слов.

«Мы располагаем статистикой и информацией от Института гигиены и Департамента статистики. Там указаны цифры, и говорится о том, насколько увеличилось число смертей, в том числе и в процентном соотношении. Эти цифры никто не отрицает. Более того, сегодня Департамент статистики даже утверждает, что летальных исходов было больше 400. Мы оценивали период за 12-14 недель этого года, сравнивая данные с тем же промежутком в 2019 году. <...> Никто не опроверг эти цифры. У нас есть таблица, полученная от Департамента статистики, в ней видно, что эти числа таковы», — сказал он.

Антанас Матулас указал на то, что таблица поступила к нему от директора Центра экономики здравоохранения Ромуальдаса Буйвидаса. Тот, в свою очередь, получил ее из Департамента статистики. Говоря о расхождениях в процентах, депутат подчеркнул, что цифра может меняться и различаться, так как ведомство изменило методику подсчета, но в числовом выражении данные остаются неизменными.

«Даже если этот процент не совсем точен, то числа абсолютно соответствуют. О каких фейковых новостях может идти речь, если в период с 12 по 24 неделю число смертей было выше 400 случаев, сравнивая этот показатель с аналогичным промежутком годом ранее. Это факт. Быть может, кто-то ошибся с процентом, но числа точные. <...> Правда, нам посоветовали анализировать данные за десятилетний период, но ни министр, ни Департамент статистики, ни кто-либо другой не может указывать народным избранникам, какой период мы должны цитировать. Мы видим цифры», — подытожил депутат.

В свою очередь, в Департаменте статистики «Новой газете — Балтия» пояснили, что количество смертей в таблице, на которую ссылается Матулас, действительно правдиво, но прирост составляет не 10%, а чуть больше 4%. По мнению сотрудников ведомства, путаница могла возникнуть из-за того, что изначально учреждение обнародовало предварительные данные, но позже информацию дополнили и уточнили.

Каждый месяц в Литве умирают около 3 000 человек, и, по данным Департамента статистики, этому числу свойственно возрастать или сокращаться на несколько сотен. Смертность чаще всего значительно повышается в холодное время года.

Антанаса Матуласа это объяснение не устраивает. Депутат повторно призвал руководствоваться конкретными числами, а не процентами. По его мнению, факт остается фактом – по сравнению с прошлым годом рост смертности налицо.

Следует подчеркнуть, что эта проблема актуальна не только для Литвы. Накануне Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) заявила, что всерьез обеспокоена косвенными негативными последствиями пандемии коронавируса для охраны здоровья в мире.

«В то время, когда пандемия заболевания COVID-19 усиливается в странах с низкими и средними доходами, ВОЗ особенно озабочена ее влиянием на людей, которые борются за доступ к службам охраны здоровья. Часто речь идет о женщинах, детях и подростках, — сказал он. — Косвенные последствия COVID-19 для этих групп могут быть более сильными, чем количество смертей от самого вируса, потому что пандемия приводит во многих местах к перегрузке систем здравоохранения. Женщины могут подвергаться более высокому риску смерти от осложнений при родах».


Комментарии

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.