Валерий Цепкало: Лукашенко — фигура из школьного учебника с диктаторами-самодурами

Валерий Цепкало: Лукашенко — фигура из школьного учебника с диктаторами-самодурами

28 декабря 2020 09:39

Не так давно в Латвию перебралась семья оппозиционных белорусских политиков Валерия и Вероники Цепкало с двумя детьми. Накануне западного Рождества они передали подарки соотечественникам в Центре размещения беженцев «Муцениеки». После этого журналист «Новой газеты — Балтия» побеседовал с Валерием Цепкало о его государственной службе, переходе в оппозицию, минувших выборах, женском протесте и переезде в Латвию.

На службе Лукашенко

Вы были одним из руководителей предвыборного штаба Александра Лукашенко на президентских выборах 1994 года, потом первым заместителем министра иностранных дел Беларуси, пять лет послом в США и Мексике, полномочным представителем президента в парламенте. Что побудило к сотрудничеству с режимом, который сейчас вы подвергаете критике?

Свой послужной список я бы начал не с этого, а с работы в советском посольстве в Финляндии после окончания МГИМО. После распада ССССР я перешел в МИД Беларуси, довелось поработать советником по внешнеполитическим и внешнеэкономическим связям председателя Верховного совета Станислава Шушкевича. После его отставки был советником исполнительного секретариата СНГ — тогда еще мощной структуры. В упомянутом 1994 году я был высокопоставленным государственным чиновником, достаточно известным своими выступлениями и публикациями на тему международных отношений, а Лукашенко был начинающим политиком, еще недавно председателем совхоза. Нас познакомил Александр Федута, тогда работавший первым секретарем Комитета молодежных организаций, потом подвергшийся репрессиям, — и Лукашенко удалось меня уговорить. Тогда он призывал к борьбе с коррупцией, свободе СМИ, восстановлению в новом формате экономических связей между постсоветскими странами — выполнению задач, которые реально стояли перед страной. С моей стороны это был рискованный шаг: уйти с престижной должности с высокой зарплатой к оппозиционеру в потертых штанах, который тогда мог предложить, как директор совхоза, пожалуй, лишь мешок картошки, кусок сала и бутылку самогонки. Примечательно, что на этом этапе Лукашенко поддерживали такие видные деятели, как Виктор Гончар, Юрий Захаренко и Дмитрий Булахов: первые бесследно исчезли, а Булахов скоропостижно скончался в возрасте 46 лет. Истинная сущность Лукашенко проявлялась по ходу его затянувшегося правления.

Чем был вызван ваш переход из политики в Парк высоких технологий?

В бытность послом в США я познакомился с опытом построения инновационных кластеров, интересовался созданием экономики знаний, методами привлечения ресурсов в технологические компании. Источником вдохновения помимо Кремниевой Долины США, служил опыт технологических парков в Сингапуре, Малайзии, Индии и Израиле, с которым я знакомился на месте. Особенно тесные отношения сложились с широко известным своей инновационной политикой премьер-министром Малайзии Махатхиром Мохамадом, вошедшим в международный Консультационный совет ПВТ. Моей целью было на примере парка показать, что белорусы могут быть креативными и зарабатывать не меньше, чем специалисты упомянутых стран.  Цель была достигнута: если в 2005 году экспорт белорусского IT-сектора составлял 14 млн долларов, то в 2017-м преодолел миллиард. В том же 2017 году обострились два конфликта — с налоговой службой и силовиками. Правительство приняло решение увеличить налоги, а также отчисления с ПВТ в государственный пенсионный фонд. Я выступил против этих решений, так как они не только подрывали нашу финансовую основу, но и нарушали принцип доверия, без которого бизнес невозможен. Силовики придрались к старым финансовым операциям некоторых бизнесменов, единственно возможным во время их проведения. В результате несколько предпринимателей, работавших в юрисдикции ПВТ, оказались в тюрьме. В главной газете страны, «Беларусь Сегодня», я выступил в их защиту — в результате через какое-то время сняли меня, а потом и главного редактора газеты. Что лишний раз доказало: оказываясь перед выбором между блоком экономического развития и силовиками, Лукашенко неизменно выбирает силовиков.

Новая газета — Балтия

Каков он, Лукашенко, за которым вы имели возможность наблюдать из разных позиций на всем протяжении его правления?

Для меня Лукашенко не уникальный феномен, а, скорее, фигура из школьного учебника, находящаяся в одном ряду с диктаторами-самодурами, в изобилии появившимися во второй половине XX века в странах Азии и Латинской Америки. Международный консенсус по нерушимости границ после Второй мировой и последующая холодная война между просоветским лагерем и Западом способствовали появлению таких персонажей, типа Дювалье в Гаити, Сомосы в Никарагуа, Стресснера в Парагвае и им подобных. Вожди такого типа всеми силами демонстрируют, что они и футболисты-хоккеисты, и на баяне играют, и разбираются во всех вопросах — от сельского хозяйства до космоса и глубин океана. Главная задача подобных режимов — за счет снятия любых законодательных ограничений править как можно дольше, держать все аспекты жизни страны под контролем и выводить деньги в офшоры. К счастью для ПВТ Лукашенко никогда не пытался разобраться в IT-отрасли, что позволило успешно развиваться — пока в 2017-м не подошел и наш черед. Все громкие заявления Лукашенко о привлечении высоких технологий для таких режимов выступают лишь дымовой завесой, прикрытием…

Одной из основ его сохранения неизменно выступает поддержка России. При этом отдельные российские деятели, типа главного санитарного врача Онищенко или вагнеровцев, могут превращаться в пугала для местного и внешнего использования, пока в другой фазе балансирования их не сменит «зловещий Запад», в особенности «страшная агрессивная Литва». Поэтому все разговоры о независимости и суверенитете — та же самая дымовая завеса, которая окончательно развеялась в результате событий этого года. 

Ненасильственная революция

В мае 2020 года вы объявили о своем выдвижении кандидатом на президентских выборах, что частью белорусской оппозиции было сочтено спойлерством по согласованию с режимом, другие восприняли этот шаг как окончательный разрыв с властью...

Пожалуй, ни то, ни другое. После вынужденного ухода из руководства ПВТ я занимался IT-проектами и консультированием, но оставался задор повторить успешный опыт уже в масштабе всей страны. С опорой на рост мотивации работников реформировать промышленность и сельское хозяйство, образование и здравохранение, ввести принципы электронного правительства  в госуправлении, создать современную инфраструктуру жизни и деятельности, обеспечить развитие национальных парков и дворовых территорий — исключительное позитивные ответы на давно назревшие вопросы, для решения которых необходимы системные реформы, а не телевизионные пиар-акции,  когда очередного премьр-министра в прямом эфире снимают за покосившуюся крышу коровника.

Революционный процесс начался в мае, когда режим однозначно продемонстрировал народу, что выборы будут нечестными. Начались посадки неугодных кандидатов: сначала Сергея Тихановского, потом Виктора Бабарико. Чтобы снять с дистанции меня, нашли жулика, который, чтобы избежать уголовного преследование за мошенничество, «вспомнил», что он дал мне взятку в 2012 году. Но тут на политическую сцену неожиданно вышли женщины, сумевшие объединить оппозицию. Для режима это был шок: сам факт объединения и неготовность поначалу применить к дамам те же жесткие меры, что к их мужьям. Этот комплекс удалось преодолеть 9 августа, когда начались массовые избиения, не глядя на пол и возраст.

11 августа, уже находясь за пределами Беларуси, в интервью РИА «Новости» вы заявили о создании  «Комитета государственного спасения», а 14 августа Светлана Тихановская заявила о создании Координационного совета для передачи власти в республике. Как вы объясняете подобную разобщенность и то, что вас с супругой не пригласили в его достаточно широкий основной состав?

До выдвижения кандидатом в президенты я не был знаком с Сергеем Тихановским, Виктор Бабарико несколько раз заходил по делам в ПВТ. Сколько-нибудь объединенной и структурированной оппозиции в Беларуси не было и не могло быть. Всякая попытка в этом направлении жестко пресекалась на самом раннем этапе. Как только Сергей Тихановский в кругу друзей сообщил, что подумывает о выдвижении, его тут же посадили. В этом смысле в Беларуси куда меньше демократии, чем в Венесуэле, где оппозиция может спокойно договариться о выдвижении своего кандидата, не опасаясь обвинений в государственной измене. Лукашенко решил, что у него все под контролем, и решил демонстративно поиздеваться над народом — допустить на выборы домохозяйку. При всех сомнениях мы объединили штабы трех оппозиционных кандидатов для продвижения единого претендента — Светланы Тихановской. При условии, что она будет придерживаться программы-минимум: освобождение политзаключенных и проведение свободных выборов. И снимет с себя полномочия после полугодового переходного периода. В результате Лукашенко проиграл. 

При формировании Координационного совета единственным формальным требованием к его участникам было нахождение на территории Беларуси. С конца июля я вынужденно находился за пределами страны, Вероника — с начала августа. На сегодня из всех членов совета в стране остались три человека: Мария Колесникова и Максим Знак находятся под арестом, на свободе одна Лилия Власова. Остальные разъехались по разным странам, что делает стихийно возникший Координационный совет фактически пройденным этапом. В мире горизонтальных связей и социальных сетей мы все время находимся на связи друг с другом. Сегодня одним большим оппозиционером режиму Лукашенко выступает подавляющее большинство белорусов. Вне зависимости от места дислокации отдельных лидеров, в стране продолжается формирование белорусской политической нации. 

Новая газета — Балтия

Одним из символов белорусской ненасильственной революции стал женский протест. Насколько он находится в русле глобального феминистского тренда и сопоставим, например, с американским движением #MeToo?

Женский протест оказался чрезвычайно важным и символичным. После снятия с дистанции я позвонил Светлане Тихановской и призвал ее держать равнение на Жанну д’Арк. Получилось еще интереснее: протест возглавила белорусская Жанна д’Арк в трёх лицах.

Готова ли Беларусь к женщине-президенту?

Мой идеал — парламентская республика, где женщина несомненно может быть и президентом с сокращенными полномочиями, и премьер-министром. Дело не в мужчине или женщине, а в личных качествах того или иного политика.  

Считаете ли вы правильной установку на акции ненасильственного сопротивления или такая стратегия была ошибкой?

Вопреки хрестоматийному кинообразу штурма Зимнего в 1917 году, которого на самом деле не было, или недавний киевский Майдан, в 80% случаев смена режимов происходит ненасильственным путем. Этот путь в свое время выбрали Индийский Национальный конгресс, польская «Солидарность», народы Венгрии и ГДР, чехословацкая Бархатная революция. В ходе нашей ненасильственной революции народ проявил искалючительную изобретательность: настенные росписи, политические плакаты, студенческий протест в аудиториях и пенсионеров по понедельникам... Несмотря на все усилия режима, белорусское общество оказалось способно к здравой оценке и креативу. К сожалению, мирный протест в Беларуси не обошелся без жертв: мы никогда не забудем имя Романа Бондаренко и других жертв режима. Хотя сегодня сложно назвать точную дату и формат транзита власти в Беларуси, совершенно ясно, что он неизбежен. Поэтому наряду с установкой на разрушение режима Лукашенко, перед нами стоит задача созидания новой Беларуси. О чем необходимо думать уже сейчас.

Новая Беларусь

Какой вы видите эту новую Беларусь?

Парламентской республикой с правительством, подотчетным парламенту. С современной промышленностью, эффективным сельским хозяйством, передовой системой образования, современной инфраструктурой для работы, жизни и отдыха. И многое другое.

Какими должны быть отношения новой Беларуси с НАТО, Евросоюзом и Россией?

Когда Лукашенко разглогольствует об угрозе НАТО для привлечения дополнительного российского финансирования, то он знает, что делает. Я убежден, что в постиндустриальном мире жесткий геополитический выбор не является неизбежностью. Сегодня компании Google, Microsoft и Apple — каждая! — стоят почти в 20 раз больше, чем российский Газпром. Уровень интеграции в рамках существующего больше на бумаге, чем в реальности, союзного государства России и Беларуси, куда ниже, чем между странами-участницами ЕС, так что я не вижу здесь прямых угроз для суверенитета Беларуси и развития взаимовыгодных отношений с Европейским союзом. Главный вызов для нашей страны — не геополитический. Это—  украденные голоса, несоблюдение закона и нарушения элементарных прав человека. К чреватому расколом обсуждению геополитического выбора как раз апеллирует режим Лукашенко!

Новая газета — Балтия

Чей Крым?    

Нам важно иметь хорошие отношения и с Россией, и с Украиной, это два близких нам народа, и мы очень переживаем, что они сегодня находятся в состоянии острого политического конфликта. Если бы от нас что-то зависело, мы приложили бы максимум усилий для восстановления между ними дружественных отношений.   

ЕС принял уже третий пакет санкций против Беларуси, не отстают и США...

Я сторонник того, чтобы санкции носили точечный, индивидуальный характер. По-моему, неправильно обкладывать санкциями предприятия, которые пытается по-максимуму выдоить  аппарат Лукашенко, например, Минский завод колесных тягачей. Имеют смысл санкции против кормушек, сложившихся при поддержке и для обогащения диктатора и его ближнего круга, типа группы строительных компаний «Дана Холдинг», принадлежащей этническим сербам братьям  Каричам. Или владелец сети табачных киосков «Табакерка», которому дали эксклюзивные права на продажу талонов для проезда в общественном транспорте. 

Где Лукашенко хранит свои финансовые активы?

Что активы за пределами Беларуси у него есть — это точно. По сути, Лукашенко является единственным олигархом в стране. А вот где? Возможно, в Катаре, или в Эмиратах.

Какая судьба ждет Лукашенко после отстранения от власти?

Все должно быть по закону. Я за то, чтобы в случае, если так произойдет и его суд приговорит к смертной казни, как в случае с Чаушеску, то он мог бы обратиться с апелляцией, скажем в Европейский или Международный Суд по правам человека — сейчас белорусские граждане этой возможности лишены.

Каким вы видите сценарий транзита власти в Беларуси?

На сегодня оптимальным является сценарий, прописанный в Конституции. Лукашенко слагает с себя полномочия, власть переходит к премьер-министру, который объявляет новые президентские выборы. При сильном гражданском обществе в переходный период возможен созыв Конституционного собрания и принятие нового основного закона, согласно которому Беларусь становится парламентской республикой. В этом случае избирается не президент, а парламент, утверждающий премьера и правительство. Я готов участвовать в этих выборах с программой реформ и в случае победы заняться ее осуществлением. Не исключаю и работу в коалиционном правительстве. 

Жизнь в Латвии

Новая газета — Балтия

Почему в качестве места жительства вы с супругой выбрали именно Латвию?

По двум принципиальным соображениям: Латвия граничит с Беларусью, и здесь есть школы с преимущественным преподаванием в начальных классах на русском языке, что важно для наших детей. Работая в МИД, мне доводилось заниматься отношениями с Польшей, Литвой и Латвией, включая демаркацию и делимитацию границ. В период работы в США мы дружили с блестящим дипломатом, послом Латвии в США Айвисом Ронисом. Так что выбор Латвии не случаен. 

В Риге я бывал и раньше, но в этот раз наибольшее впечатление произвела, пожалуй, Лиепая. Этот город, где не так давно закрылось главное индустриальное предприятие «Лиепаяс Металургс», переживает непростой период перехода на модель постиндустриальной экономики знаний и услуг. Порадовало человеческое измерение городской среды, в частности обилие отлично оборудованных детских площадок.  В Риге порадовало огромное количество площадок для катания на коньках и игры в хоккей. В Минске есть гигантский Дворец спорта, а вот с малыми площадками для детей проблема. Еще удивило отсутствие поборов в латвийских школах. В Беларуси постоянно надо сдавать деньги на питание, на ремонты и по другим статьям. Наши дети учатся в обычной латвийской школе — с поборами до сих пор не сталкивались.   

Сейчас в Латвии проходит реформа, среди прочего направленная на укрепление государственного латышского в сфере школьного образования. Вас не смущает перспектива, что в старших классах ваши дети будут учиться, в основном, на латышском?

На сегодня нас все устраивает, к тому же, дети легко усваивают языки. Вообще-то мы планируем как можно скорее вернуться в Беларусь, так что долгую жизнь в Латвии пока не планируем. Мы в Вероникой остаемся гражданами Беларуси с латвийской визой.

Как строятся ваши отношения с супругой, ставшей не менее известной, чем вы? Если в Беларуси будут свободные выборы, то кто пойдет: вы или супруга?

При всей напряженности и внешнем давлении, в наших отношениях мало что поменялось. Страемся как можно больше времени проводить вместе с детьми и друг с другом. Раньше у нас были отдельные офисы, а сейчас все в одном месте. Решения принимаем демократически, по итогам обсуждения. Что касается планов на будущее, то Веронике самой решать, чем заниматься.

Как собираетесь встречать Новый год?

На Новый год на столе должны быть неизменный оливье и селедка под шубой — и чтобы встречать в семейном кругу. 

Что хотите пожелать жителям Беларуси, Латвии и других стран в новом году?

Белорусам — чтобы в 2021 году мы наконец скинули этот режим и открыли новую страницу нашей истории, а всем вместе — поскорее пережить волны пандемии коронавируса, чтобы можно было свободно передвигаться, жить и дышать полной грудью!   


Комментарии

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.