Дети иммигрантов

Дети иммигрантов

22 февраля 2021 11:57

​В 2020 году, согласно статистике, в Латвии проживало более 52 000 граждан России. Причины, по которым россияне переезжают в Латвию, разные: кому-то здесь просто хорошо, кто-то переезжает по работе или вступает в брак с гражданином страны, а кто-то убегает от России. Как живут те, кто переехал и устроил здесь свою жизнь?

 

Планируют ли они возвращаться на родину? Каким образом воспитывают детей? Пакуют ли с собой в дорогу семейные традиции и праздники или прощаются с прошлым и после переезда называют Латвию своим родным домом? Мы поговорили с несколькими семьями, переехавшими в Латвию и воспитывающими здесь детей, о том, что такое ощущение дома и стоит ли везти родину с собой, переезжая в другую страну.

Влада Харебова рассказывает, что впервые увидела Латвию в 2012 году. В семье давно задумывались о переезде и мечтали о собственном большом доме. До этого семья Влады почти ничего не знала о Латвии, а после первого визита в Ригу впечатления у них сложились смешанные. Приехать ранней весной было не самой лучшей идеей — город выглядел словно после бомбежки, а красивая архитектура — заброшенной и облезлой. Но после первого шока впечатления изменились, через несколько дней сквозь общую неприглядность проступила некая энергия, появилось чувство уюта и, впервые в жизни, — ощущение «своего» места. Буквально через три месяца вещи были упакованы, квартира в Москве была продана, а в Латвии семью уже ждал дом в Цесисе.

Влада Харебова. Фото Евгении Гуровой

Несмотря на уговоры друзей и знакомых не покупать дом в одном из очень «латышских» районов страны, семья Влады долго не раздумывала и, взяв с собой еще совсем маленьких детей, отправилась устраивать новую жизнь. Младшему сыну на момент переезда было 5 лет, и его очень увлекала мысль о столь масштабных изменениях. Старшая дочь, незадолго до переезда окончившая второй класс, тяжело пережила расставание со школьными друзьями, а оказавшись в латышской школе, едва справлялась с навалившейся учебной и психологической нагрузкой. Первыми друзьями семьи стали такие же иммигранты, которые переехали с детьми из России в Цесис примерно в то же время, и это спасло Владу с детьми от одиночества. Благодаря способностям к изучению языков и помощи со стороны школьных учителей и одноклассников, дочка довольно быстро выучила латышский. В школе была очень домашняя и теплая атмосфера, более того, специальная программа для иммигрантов помогала не только учить язык, но и освоиться на новом месте.

После переезда Влада тоже активно начала учить латышский. Программа интеграции обеспечивала не только языковые курсы, но и билингвальные занятия для взрослых и детей, посвященные культуре и традициям Латвии. Живя в Цесисе, русскую речь услышишь не часто, поэтому начать активно использовать свои знания не составляло труда. Однако в 2014 году семье пришлось переехать в Ригу в поисках работы. В Цесисе Влада пробовала вести свой бизнес — открыла студию восточных танцев и проводила занятия по гимнастике, но спрос был небольшой и с жизнью в частном доме пришлось расстаться.

Для Влады Латвия стала домом и она, не задумываясь, называет эту страну своей. У детей позиция меняется, они еще растут, поэтому их понятия дома и родины еще не сформировались. В какие-то периоды они считают себя россиянами, а в остальное время называют своим домом только Латвию. Дочка когда-то планировала продолжать обучение в России, но, когда что-то не задалось с документами, стремление утихло, и сейчас она учится в Риге. Младший сын Влады до переезда еще не пошел в школу, поэтому теперь для него даже писать по-русски в каком-то смысле стресс. Мальчик с первого класса учится в латышской школе и признается, что на русском учиться он бы уже не смог.

Влада считает, что потеря «родной» страны или языка — вовсе не проблема. Современные дети — это уже другое, новое поколение, и они вряд ли всю свою жизнь проживут в одном городе или стране. Мир становится большим интегрированным сообществом, в котором дети могут жить везде. Потеряв русскую культуру, они приобретут новую — латышскую, бразильскую, немецкую или американскую. На русском языке и литературе мир не сошелся, и, если дети не читают русскую классику, значит, они будут читать классическую литературу других стран, ведь главное, чтобы они читали и выросли грамотными, развитыми и культурными людьми. Живя в России, в семье Влады всегда отмечали Новый год и дни рождения, а каких-то особенных традиций не сформировалось. Однако после переезда в Латвию культура семьи обогатилась латышскими традициями и праздниками — вторым по значимости в семье стало Лиго (Янов день), который отмечает вся страна в ночь с 23 на 24 июля. Уже сейчас, в середине февраля, Влада придумывает подарки, подбирает песни, которые можно выучить, и подыскивает костюмы.

Влада Харебова. Фото из архива героини

Живя в Цесисие, семья познакомилась с гражданским активистом Ренарсом Спродисом, депутатом Цесисской городской думы, который вместе с женой Кристианой каждый год организовывает традиционное латышское празднование Лиго. Хороводы вокруг костра, старинные игры, традиционные блюда, народные песни, венки и костюмы в усадьбе посреди леса, куда каждый гость должен привезти небольшой кусочек программы. Помимо Лиго, особенное значение приобрело католическое Рождество. Влада прятала для детей подарки под елку, а вся семья ходила на рождественские концерты в средневековую церковь святого Иоанна. Именно там Влада впервые в жизни ощутила волшебность этого праздника — неотапливаемая церковь 13 века, освещенная только свечами и факелами, где хор исполняет старинные рождественские песни. Кроме того, что в семье прочно закрепились многие латышские традиции, их захватил процесс изучения страны и ее истории. В компании гида они каждые выходные выезжали на прогулки по природным и историческим объектам Видземе.

Жизнь в Латвии произвела на Владу настолько сильное впечатление, что она написала приключенческую книгу для детей про Цесис и Ригу, которая в 2020 году вошла в лонг-лист Литературного конкурса имени Сергея Михалкова. Книга еще не опубликована, но сейчас в Риге можно приобрести изданный в Москве роман для подростков и взрослых «Страница один», написанный Владой.

Семья Марии Гороховой переехала в Латвию в 2013 году. Для них дело было в том, чтобы уехать из России. Пункт назначения выбирали по финансовым соображениям — оказалось, что переехать в Ригу из Москвы было дешевле всего. Сказать, что Мария с мужем чувствуют себя здесь как дома, скорее нельзя, потому что мысли об отъезде у Марии периодически возникают. Семью многое не устраивает в Латвии — некоторые политические решения, сфера социальных услуг и система образования. Для Марии Латвия не стала домом в полном смысле этого слова, а жизнь здесь — скорее дело привычки.

В Риге у Марии с мужем родилась дочь, которую отправили в русский детский садик. Там же и сформировался семейный круг общения — родители детей, воспитатели и соседи. Живя в довольно «русском» районе Риги, острой необходимости учить латышский Мария с мужем не чувствовали, поэтому выучили язык лишь до уровня, необходимого для получения вида на жительства. Со временем, вокруг семьи сформировался своего рода «пузырь» — узкий круг общения местных русскоязычных и таких же иммигрантов, «классические» русские праздники на уровне детского сада, отсутствие полноценного изучения латышского языка у дочери, полностью русскоговорящая среда. Можно сказать, что кроме географии в жизни семьи ничего не изменилось, а родина «приехала» вместе с ними в рижскую квартиру в виде языка, информационной повестки и фрагментов культуры.

Мария Горохова, фото из личного архива

В детском саду образовавшийся «пузырь» не разорвался — дети очень условно отмечают латвийские праздники, например, делают рисунки с национальной символикой на День независимости 18 ноября, но суть праздника не акцентируется. Празднование «классических» русских праздников, Нового года или Масленицы, организовывают воспитатели, но дома подобные традиции исторически не поддерживаются. Любых условно религиозных традиций в семье не было и до переезда, а после новых так и не появилось. Единственным знакомым человеком, принадлежащим к местной культуре, стала учительница латышского языка, с которой Мария и ее муж познакомились на языковых курсах. На работе основная коммуникация происходит на английском или на русском, поэтому практики латышского почти нет. Несмотря на то, что Мария понимает язык, она сама говорить на нем не может.

У дочери ситуация схожая: общения на латышском в детском саду нет, а эпизодическое заучивание стихов и песен не помогает почувствовать язык. И если дочка и может посчитать до 10 на латышском, полноценно общаться с латышскоговорящими детьми у нее вряд ли получится. Марию это в каком-то смысле расстраивает, ей бы хотелось, чтобы дочь заговорила на языке своей родной страны, ведь для нее, родившейся в Юрмале, другого дома просто не существует. Дочери скоро исполнится 6 лет, поэтому перед семьей стоит задача выбрать школу. Для Марии главное, чтобы школа была рядом с домом, и так совпало, что рядом есть русская школа, но она вряд ли «сломает» культурную границу несмотря на изменения в системе школьного образования Латвии и постепенный переход школ на латышский язык. Вероятности, что дочь пойдет в латышскую школу нет — Мария считает, что дочери будет слишком тяжело. Если бы изначально удалось отдать ее в латышский садик, ситуация, возможно, была бы другой.

Мария Горохова, фото из личного архива

Муж Марии возвращаться в Россию категорически не хочет. Вместе с Марией в Латвию переехала ее мама. Казалось бы, пути назад нет, да и прокладывать его в семье никто серьезно не планирует, но о какой-либо интеграции говорить не приходится. В этом смысле семья Марии не сильно отличается от многих местных семей, члены которых выросли в русской среде и живут в очень похожем «пузыре» всю свою жизнь. Зачастую проблема не связана с отсутствием четкой программы интеграции, а скорее с отсутствием необходимости или желания.

Елена Шарон вместе с семьей и двумя детьми переехала в Латвию в 2015 году из Екатеринбурга. Мечта об этом появилась в далеком 1987 году, а окончательно семья приняла решение о переезде спустя почти 30 лет. Понимая, что для адаптации необходимо знать латышский, Елена с мужем отдали маленькую дочку в латышский детский садик. Девочке уже 8 лет, и латышский стал для нее родным языком. Однако дома язык общения русский — для дочки это непривычно и странно. Сын Елены после переезда пошел в русскую школу, где освоиться ему очень активно помогали одноклассники.

Елена Шарон, фото из личного архива

Живя в России, семья отмечала абсолютно все праздники в тесном семейном кругу, а после переезда в Латвию традиции изменились. У Елены латышское происхождение, оказавшись в Риге, она почувствовала латышские корни — особое значение приобрело католическое Рождество. Новый год отошел на второй план, теперь главное ощущение чуда приносит Адвент — ожидание Рождества. Летом вся семья празднует Лиго, присоединяясь к народным гуляниям в Сигулде или в центре Риги и заранее подготавливая наряды и венки на праздник. На Елену с семьей неизгладимое впечатление произвел Праздник песни, который совпал с первым годом их жизни в Риге. Латышские традиции и праздники теперь для всей семьи кажутся понятнее, роднее и ближе.

Елена Шарон, фото из личного архива

Дочка Елены уже не помнит Россию. Для нее не существует другого дома и другой родной страны, кроме Латвии. Однажды из-за сложностей с документами у семьи возник риск того, что придется вернуться в Россию — дочка, услышав об этом, расплакалась и сказала: «Но как мы можем уехать? Я не хочу уезжать, я люблю Латвию, здесь все мои друзья и все, что я люблю». Старший сын к России не испытывает каких-то особых чувств. Именно в рижской школе ему помогли стать уверенным, общительным и открытым. В Латвии он чувствует себя комфортно, принимает участие в различных мероприятиях, активно занимается споротом и летом устраивается на подработки.

Семья Анны Ананьевой смешанная — муж, сын иммигрантов, родился в Латвии, а Анна переехала в Ригу в 2012 году из Санкт-Петербурга. Анна не мечтала жить в Латвии, сюда ее привела любовь и семья, поэтому задачи интегрироваться с самого начала не стояло. Муж жил в своего рода «пузыре» с самого детства, будучи сыном иммигрантов, поэтому круг общения Анны сложился из его друзей, а по прошествии почти 8 лет ничего не изменилось. В семье родилось две дочери, каждая пошла в русский детский садик. Анна с мужем иногда жалеют, что не отдали детей в латышский сад — так им было бы проще освоить язык и справляться с теперь уже школьной нагрузкой. Старшая дочь учится во втором классе и почти не говорит по-латышски, более того, кроме освоения школьной программы необходимости в использовании языка у нее пока нет.

Анна Ананьева, фото из личного архива

Несмотря на то, что дети родились и растут в Латвии, в сознании старшей дочки закрепилось понятие второго дома — каждое лето она проводит у бабушки в Санкт-Петербурге. Для Анны дом — это там, где семья, поэтому сейчас ощущение дома дарит Рига. Россия утратила статус «дома» уже давно — Анна жила и в других странах, в Финляндии и Португалии, а в Россию она вряд ли когда-нибудь вернется. Тем не менее, мысли о переезде из Латвии возникают, особенно в холодные зимние месяцы, столь похожие по погоде на «серый» Санкт-Петербург.

Анна Ананьева, фото из личного архива

За 7 лет жизни в Риге латышская культура и традиции в семью так и не проникли: Лиго и Рождество не более, чем выходные дни, и повод отдохнуть с семьей. Однако классические русские традиции соблюдаются — дети пишут письма Деду Морозу перед Новым годом, кладут их в морозильник и ждут подарков, а на Пасху они всей семьей красят яйца. Анне хотелось бы, чтобы ее дети интегрировались в Латвии, но каких-то особенных усилий прикладывать для этого просто не получается. Семья живет в двух параллельных мирах — в языковом и культурном пространстве России, а географически — в Латвии.


Комментарии

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.