С разных полюсов. Часть первая

С разных полюсов. Часть первая

22 августа 2016 01:15

Среди балтийских республик Латвия первая по количеству этнических русских – здесь их более 25%. В одной только Риге, по неофициальным данным, проживает около 60% русских. Это и староверы, основавшие коммуны на балтийских землях до образования государственности, и более поздние переселенцы довоенного и послевоенного периода. К числу русскоязычного населения относятся также современные эмигранты из России. За последние пять лет 11 тысяч россиян получили вид на жительство в Латвии. Россия стабильно лидирует по количеству иностранных инвестиций, на основании которых выдается латвийское ВНЖ. Причины такой популярности просты: территориальное соседство, относительная доступность цен на недвижимость, большой процент русскоязычного населения, распространенность русского языка. Находясь под влиянием ЕС и России одновременно, Латвия как никто другой на своем примере показывает, как европейский и русский мир уживаются в одной стране.

СПЕЦПРОЕКТ «НОВАЯ ВОЛНА. КАК ЖИВУТ И УЖИВАЮТСЯ В СТРАНАХ БАЛТИИ ДВЕ ВОЛНЫ МИГРАЦИИ — СОВЕТСКАЯ И РОССИЙСКАЯ

Андрей Родионов — двадцатипятилетний маркетолог из Рязани. Короткая стрижка, грузный силуэт, взгляд в пол. На нем белая майка с надписью во всю грудь What the X are you wearing. Он эмигрировал в Латвию два года назад, но уже называет ее своим домом. На заставке в фейсбуке у Андрея латвийский флаг: карминно-красное полотнище, разделенное белой полосой. Красные полосы символизируют кровь, пролитую в борьбе за свободу. Белая полоса означает надежду на светлое и чистое будущее.

Самое приятное для Андрея — сравнивать Латвию с Россией: в основном, в сослагательном наклонении. Что могло бы быть в Латвии, веди себя люди так же, как в России, что могло бы быть в России, веди себя люди так же, как в Латвии.

Мы встречаемся с Андреем в ALA Folkklubs — местечке с латышской кухней и музыкой, расположенном в Старой Риге. На месте клуба когда-то были средневековые винные погреба. Сводчатые потолки, официантки в народных костюмах, местные напитки и еда.

— Здесь очень популярны клубы со всем народным: музыкой, едой, интерьером, танцами, — рассказывает Андрей и делает глоток местного брусничного пива. — Мне странно представить, что в европейской части России кто-то из молодежи будет танцевать «яблочко». Латыши — очень музыкальная нация. На одного латыша приходится одна народная песня.

Андрей называет себя иностранцем, который случайно родился и вырос в России. Он считает себя полноправным европейцем. В 2010 году, еще на Родине, Андрей начал участвовать в протестах против нарушений прав человека, несменяемости власти, отсутствия свободы слова. К концу 2011 года несогласных становилось все больше. Протестовать начали его родители, брат, друзья из университета. К тому моменту в Рязани Андрей стал широко известной в узких кругах личностью.

— Позвонили на домашний телефон. Нас с братом пригласили в отдел безопасности. Брат после этой истории притих. В университете были неприятные вещи: его оскорбляли, переходили на мат, угрожали. Хотя, казалось бы, это храм науки, медицинский университет. Мне показали скриншоты с моих страниц ВКонтакте и сказали, что нужно больше думать об учебе, а то все плохо кончится. Мне кажется, что после одного моего поста в блоге из ФСБ звонили моим родственникам.

После митинга 10 декабря 2011 года против фальсификаций на выборах в Рязани Андрея задержали. Об этом узнали в университете, и его отчислили. Формально, причиной стали академические задолженности. Но он считает, что это было сделано намерено и пересдать долги ему просто не дали. А потом, как говорит Андрей, несмотря на противопоказания по здоровью, его призвали в армию. Там он окончательно понял, что не может жить в России:

— Пороки традиционного общества в армии проявляются в концентрированном виде. Чванство, лизоблюдство, высокомерие, деление на классы. Вернувшись из армии, я стал думать об эмиграции. Родители были против, они не верили, что я смогу это сделать, поэтому я эмигрировал не сразу. Но после  аннексии Крыма все поняли, что это точка невозврата, и дальше будет только хуже. 26 мая 2014 года я переехал в Ригу.

Рок-кафейница

После клуба с национальной кухней мы идем в Rokkafejnīca  — по-русски, рок-кафе. В старом городе, чтобы сменить место, достаточно просто перейти дорогу. По мнению Андрея, это рок-кафе выгодно выделяется среди прочих: четыре этажа, три танцпола, хорошая кухня, бесплатные рок-концерты на выходных. Вид из окна открывается на веранду. Снаружи все усыпано цветами. Идет дождь. Играют рок-баллады.

— Переезд мне дался легко. Здесь все устроено так, как должно быть. Такое чувство, что 23 года я провел в эмиграции, а потом вернулся на свое место. В университет Ekonomikas un kultūras augstskolas я поступил еще в России, и это стало основанием для получения вида на жительство. Когда я приехал, я знал в Риге одного человека. Это была моя знакомая из интернета. Так получилось, что мы решили снимать квартиру в старом городе.

Андрей вспоминает, что с первого дня он активно искал контакты. Клуб предпринимателей, кауч-серфинг, спортзал, языковые курсы, политика. Два года назад он получил карту жителя города. Ему предложили работать менеджером по развитию в университете. Но он отказался, поскольку работа была штатная, а ему нравится быть фрилансером. Здесь он также присоединился к митингам, появилось много контактов в политической среде. Позже он вступил в Latvijas attīstībai — единственную либеральную латвийскую партию.

— Я анархо-капиталист и против того, чтобы государство ограничивало граждан хоть в чем-то. Соответственно, либерализм — это самая близкая мне идеология.

В Риге Андрей продолжил заниматься маркетингом удаленно. У него были клиенты из Эстонии, Англии, Латвии, но преимущественно клиентская база осталась в России. За три месяца он выучил разговорный латышский — это заметно, когда он бойко обменивается репликами с официантами. Кроме того, в Латвии он написал книгу, у которой, по его словам, такой же долгий путь, как и у всей эмиграции.

Поющие революции

Идея для книги возникла в армии. Для Андрея служба была равносильна тюрьме. Это заняло всего год, но он осознал, что есть люди и целые поколения, которые в гораздо худших условиях проживают целые жизни. И единственное, о чем они мечтают, — это что кто-то извне их спасет. Эта книга описывает механизмы того, как без насилия освободить страны, где жизнь — как в тюрьме.

— К сожалению, таких в мире большинство, — считает Андрей. — Россия в данный момент в их числе. Здесь описывается, зачем это нужно тем, кто живет в свободном обществе. И как после освобождения выстроить такую систему, чтобы эти страны встали на нормальный путь развития. Сейчас книга доступна на Google Play. Хочу со временем перевести ее на латышский и английский. Я даже подписался, как латвийский писатель. Во многом, Латвия меня вдохновила. Здесь я живу среди людей, которые в отличии от России боролись за свою свободу сами.

Андрей вспоминает так называемые «поющие революции» в Латвии и других балтийских странах в 1987-1991 годах, целью которых было восстановление суверенитета. Местные жители в знак протеста против советской власти выходили на центральные площади и пели народные песни — дайны. Тогда эту живую цепь длиной в 600 км через три республики назвали «Балтийский путь».

— Эти люди сделали все, что могли. Если ты не делаешь этого, ты ответственен за преступления, совершаемые твоим правительством. Именно потому, что людям не все равно, здесь хорошие дороги, медицина и так далее.

— То есть, ты оцениваешь состояние латышских дорог и медицины как высокое? — спрашиваю я.

— По сравнению с бюджетами — да. Очень высокое.

Даугавский променад

Мы спускаемся к Даугавскому променаду. Левый берег Даугавы обустроили буквально пару лет назад. Сейчас променад оборудован километровой велосипедной дорожкой, небольшим скейт-парком. Андрей  любит прийти с термокружкой и прогуляться по набережной:

— В этом, в том числе, проявляется свободная европейская ментальность. Я могу спокойно прогуляться с кружкой в руках до самого променада, и никто не посмотрит на меня косо. В Рязани любая вещь, которая отличается от общего поведения, вызывает негатив. Здесь, пока никому не вредишь, можешь делать все, что угодно.

Мы садимся напротив скейт-парка. Группа подростков делает трюки на скейтбордах. Андрей рассуждает о достоинствах и недостатках Латвии:

— Из недостатков довольно высокая налоговая нагрузка: если сравнивать с той же соседской Эстонией, налоговая нагрузка там меньше, а бюджет страны больше. Из достоинств — социальная близость, мне здесь проще найти понимание с людьми, чем в России и чем в остальной Европе. Здесь есть взвешенность во взглядах, открытые границы. Те, кому не нравится в Латвии, могут переехать в другие страны. Мне нравится равенство женщин и мужчин. Причем именно естественное, а не притянутое законом.

Напоследок мы переходим на другую сторону реки. Вдали виднеются большие буквы «RIGA». Андрей щурится на солнце и улыбается. Он достает смартфон, чтобы сделать пару снимков. Мимо нас, пошатываясь из стороны в сторону, проходит пьяный и плохо одетый мужчина, которых, к слову, здесь предостаточно. Но Андрей будто бы не замечает его, он все снимает и снимает буквы R, I, G, A. Мы прощаемся у автобусной остановки.


ВТОРУЮ ЧАСТЬ ПРОЕКТА ЧИТАЙТЕ ЗДЕСЬ


Комментарии

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.